domostroev.org

Яффо, город морской

Кому-то Яффо напомнил города Александра Грина — Лисс и Зурбаган, наполненные запахом рыбы, морской соли, странных запахов ветров, дующих из далеких стран, там, за морем Средиземным. А кому-то он кажется маленьким пестрым городком, в котором грязные сонные улочки дремлют под белым солнцем, ржавеет прикованный к забору, кем-то неизвестным забытый, велосипед, и стайка толстеньких ханаанских воробушков деловито делит сухую булку, брошенную мимо урны. Студент видит в нем переплетение невообразимо узких, кривых, сбегающих с горы к берегу, переулков Старого Города, в которых он, невидимый другим, крепко прижимает к стене опешившую подругу и срывает с ее губ неожиданный поцелуй, теплый и терпкий. А умудренный и прожженный старожил сидит в рыбном ресторане, которых здесь множество, перед блюдом с жаренной барабулькой и стаканом анисовки, а за парапетом зеленые мутные волны безостановочно бьют в камни, колышется в воде зеленая грива водорослей, да плывут кверху брюхом пара дохлых рыб и целлофановый кулек в придачу. А посреди пахнущих гнилыми рыбными внутренностями и фалафелем переулков арабской части расположился блошиный рынок. Там, где площадь с часами, выходят эти переулки, словно кроличьи норы, а в них негде упасть яблоку. Торгуют всем — старыми часами, трубками, глобусами, велосипедными колесами, граммофонами, книгами, полуразвалившейся и новой мебелью, ножами, бусами, картинами неизвестных художников и, конечно же, дешевейшей одеждой аборигена Яффо — футболочка да джинсы, сандалии, которые метко прозвали в Израиле "библейскими" по причине их ветхозаветной простоты и ветхого качества.

Израиль, израильский культурный центр, Днепропетровск, Лев ВиленскийА еще в Яффо есть новые дома, сомкнутые строем вокруг мощенных камнем дворов — это район "Андромеда". Престижный и дорогой, остров роскоши посреди декаданса умирающей старины.

Днем на Иерусалимском проспекте — главной улице города — толчется народ, глазеет на витрины, тут же пьет кофе и курит кальяны, степенно пуская дым, играют в нарды, в карты, в кости. Пролетают на велосипедах мальчишки. В порту лес удочек, и рыбацкие лодки, и старые обшарпанные катера — круиз у берегов Тель-Авива, сорок минут качки и бензиновой вони мотора, высокие башни небоскребов Тель-Авива в тумане прибрежного прибоя. А к югу от города, где пустошь и скалы, есть маленькие бухточки, невидимые сверху, где вода прозрачна, где нет никого, можно нырять голышом, и обниматься с хорошенькой девушкой, лежа на желто-белом песочке, прохладная после купания загорелая грудь, и горячие тонкие пальцы ласково перебирают волосы на моем затылке, и хочется остаться вот так навечно, чтобы продолжалась эта жаркая и маленькая тайна, где только мы вдвоем, и море, и крики чаек, и древний усталый приморский город смотрит в вечные воды Великого Моря.

Лев ВИЛЕНСКИЙ
фото — автора

Днепропетровск-Иерусалим для конкурса «Мой Израиль»

comments powered by HyperComments